Шахматные сеансы вслепую — уникальный феномен. Как шахматисты держат всё в голове?

Шахматы вслепую — уникальный спортивный феномен. Выдающиеся игроки способны без труда побеждать на одной доске, совсем не глядя на неё. Но особый шик — это сеансы одновременной игры вслепую. Вот уже более 150 лет, с тех пор как подобные шоу обрели популярность, почитатели чёрно-белой игры задаются вопросом: как же гроссмейстеры это делают? Как они удерживают в голове десяток партий одновременно? Ну вот как?!

Один против 48

Настоящий фурор с сеансами вызвал в своё время гениальный американец Гарри Нельсон Пильсбери — тот вслепую одновременно играл в шахматы, шашки и ещё пару раздач в карты! Именно при Пильсбери (на стыке XIX и XX веков) такие сеансы стали невероятно прибыльным мероприятием! Жаль, что Пильсбери, который вполне мог сместить с трона Эммануила Ласкера, очень рано ушёл из жизни. Считается, что на супертурнире в России он злоупотреблял посещением бань, причём делал это не в одиночестве, а потому заразился венерическим заболеванием, от которого в скором времени и скончался. В дальнейшем большие сеансы вслепую давали очень многие: Дьюла Брейер, Рихард Рети, Мигель Найдорф, Джордж Колтановский, Михаил Таль — даже по советскому телевидению! Есть легенда, что от напряжения сеанса одновременной игры вслепую мастер Янош Флеш чудесным образом вылечился от заболевания мозга, хотя врачи ставили ему смертельный диагноз. Увы, долгожителем Флеш всё равно не стал — погиб в автокатастрофе. Одно время в мире даже существовал супертурнир по игре вслепую (параллельно играли и рапид). Эту идею голландскому миллионеру Йоопу ван Оостерому подсказал известный гроссмейстер Лев Полугаевский. Турнир носил имя дочери миллионера и чемпиона мира по переписке, в нём играли все сильнейшие, кроме разве что Гарри Каспарова, относившегося к «Амберу» как к чему-то несерьёзному. Однако после тяжелого инсульта ван Оостером с 2011 года перестал проводить соревнование, а вскоре ушёл из жизни. Специально для книги рекордов Гиннесса разработаны специальные правила для таких сеансов: какой квалификационный состав соперников должен собраться, какие условия игрового процесса, сколько процентов очков должен набрать сеансёр. В настоящий момент рекордсменом являлся американец Тимур Гареев (родился в Узбекистане и прекрасно говорит по-русски, часто бывает в России), который в 2016 году сразился сразу против 48 соперников. Во время сеанса Гареев крутил педали велотренажёра — это усиливало кровоснабжение головного мозга.

Игра вслепую от скуки

Откровенно говоря, игра на одной доске вслепую для сильного игрока сложнее обычной партии, но не является чем-то выдающимся. Может же каратист в темноте надавать по ушам хулигану? Или токарь примерно выточить деталь в сумерках? Или гонщик Формулы-1 гнать машину через тоннель с погасшими фонарями? Ведь очень многое в жизни профессионалов делается на рефлексах, на типичных ситуациях, отработанных годами тренировок. Так и в шахматах, где одни и те же дебюты, типичные позиции из середины игры и канонические, расписанные в учебниках окончания, могут встречаться достаточно часто. Я и сам в молодости неоднократно практиковал игру вслепую на одной доске для развития пространственного мышления. Другое дело — сеанс вслепую! Сразу несколько досок в голове шахматиста! Куча разных позиций и ряд задач одновременно! Как все это упомнить? Ответ на такой вопрос даст далеко не каждый профессионал, а многие сильные игроки и даже чемпионы мира считали подобные эксперименты попросту вредными для здоровья. Но из века в век находились гении, поражавшие своих современников. Первым несколько партий вслепую стал играть ведущий шахматист XVIII века Франсуа-Андре Филидор — великому французу, провозгласившему принцип «пешка — душа шахмат», скучно было сражаться с коллегами, и он проводил целые дни в размышлениях о том, какую же дать им фору. То пешку и ход, то коня, а в какой-то момент Филидор придумал сеансы вслепую, и французские вельможи просто в обморок попадали от восторга. Разумеется, вслепую играл некоронованный шахматный владыка из-за океана Пол Морфи. Большой популярностью пользовались сеансы игры вслепую от Михаила Чигорина и Иоганна Цукерторта — исторические соперники Вильгельма Стейница играли в острокомбинационном стиле, много жертвовали и в таких партиях создавали симпатичные матовые жемчужинки.

«Играющий не пытается воспроизвести всю доску»

Разумеется, после Второй мировой войны отношение к игре вслепую в СССР изменилось. Кстати, по настоянию своего тренера Игоря Бондаревского Борис Спасский много играл, не глядя на доску, перед финальным матчем претендентов с Михаилом Талем. И таки одолел рижского кудесника шахмат, выйдя на чемпионский бой с Тиграном Петросяном. Так что же писал про процесс игры вслепую Алехин? «Наибольшая часть умственной работы проделывается с помощью так называемой логической памяти; это значит, что играющий не пытается воспроизвести перед своими глазами всю доску с её белыми и чёрными клетками, белыми и чёрными фигурами, как полагает большинство непосвящённых, но он припоминает только какой-нибудь характерный ход, конфигурацию части доски… Так играю я, так играют, насколько мне известно, все мастера игры вслепую. Зрительная память призывается на помощь только тогда, когда в особо критический момент нужно проверить положение, выяснить возможное заблуждение и т. п. Что касается каких-либо мнемотехнических схем, то я никогда ими не пользовался. Крайне важно быстро покончить с отдельными партиями и таким образом сократить их число. Ещё непосредственно перед началом каждого значительного выступления я набрасываю себе простой план, подразделяя общее число досок на отдельные дебютные группы». Научно изучавший вопросы психологии и мышления в шахматах гроссмейстер Николай Крогиус подтверждал мнение Алехина: «О смысловом характере запоминания свидетельствуют также опыты по воспроизведению расположения фигур на доске, которые я проводил во время сеансов одновременной игры. Место фигуры, как правило, определялось по логической нити воспоминаний. Например, возникало затруднение в определении положения пешки — на b2 или b3? Поскольку король расположен на d2 и ранее грозил шах конём на c4, то было легко вспомнить об отражении этой угрозы ходом b2-b3». Сыграв против 52 соперников одновременно, венгерский шахматист Янош Флеш излечился от рака Родившийся в 1903 году в бельгийском Антверпене Джордж Колтановский так и не стал гроссмейстером, но добился поразительных успехов в игре вслепую. Достижение Колтановского многие не хотят признавать рекордным, так как в его выступлениях использовался контроль времени 10 секунд на ход, и состав участников был, мягко говоря, не самым сильным. В марте 1951 года мастер играет на 50 досках, а почти через 10 лет, 4 декабря 1960 года, в Сан-Франциско - на 56-ти. Результат этого рекордного сеанса — 50 выигрышей и 6 ничьих за девять часов не превзойден и по сей день. Джордж Колтановский утверждал: «У меня нет зрительной памяти, но есть память движения. Перед каждым ходом я отображаю в уме течение игры и делаю следующий ход». Найдорф и Колтановский дожили до глубокой старости. Польско-аргентинский гроссмейстер умер в возрасте 87 лет, а обладатель мирового рекорда пережил своего соперника на десять лет. Последний свой сеанс Колтановский дал в возрасте 82 лет. Из пяти партий он выиграл четыре, а одну проиграл. Вспоминая дни своей молодости, ветеран признался журналистам: «Теперь я уже не гонюсь за рекордами, а играю вслепую исключительно для тренировки памяти». Сеанс венгерского мастера Яноша Флеша следует отнести к явлениям весьма необычным. 27-летний Флеш страдал серьезным онкологическим заболеванием, и врачи отвели ему всего несколько месяцев жизни. Янош решил поставить эксперимент. На самом деле, какими возможностями обладает человеческий мозг, какую информацию способен перерабатывать одновременно? Флеш сыграл против 52 соперников, выиграв 31 партию, сыграв вничью 18 и проиграв всего 3. Перегрузки, испытанные венгром во время этого выступления, способствовали его выздоровлению — включились, видимо, какие-то новые, дремавшие доселе силы организма. Флеш еще много лет выступал в турнирах, хотя и не всегда удачно. Шахматисты шутили: «Понятно, почему Яношу трудно играть в обычном соревновании, — доска мешает». Через двадцать три года после своего знаменитого сеанса Флеш по дороге на очередной турнир погиб в автомобильной катастрофе. Менее двух столетий потребовалось шахматистам, чтобы довести количество одновременно сыгранных не глядя на доску партий с трех до пятидесяти шести. Есть ли предел человеческим возможностям? Завесу над тайной приподнял Алехин: «Мне думается, что весь секрет заключается в прирожденной остроте памяти, которую соответствующим образом развивают основательное знание шахматной доски и глубокое проникновение в сущность шахматной игры». Сегодня возможности игры вслепую используются тренерами для подготовки молодых шахматистов. Шестнадцатый чемпион мира Руслан Пономарев игрой не глядя на доску развил феноменальную память. - У Руслана просто уникальная шахматная память! — рассказывал «ФАКТАМ» Борис Пономарев — тренер и однофамилец нового чемпиона мира. — Он мог прочесть шахматную книгу и рассказать наизусть даже спустя время все партии, напечатанные в ней. Мог за день прочесть 100 страниц и все запомнить. Это меня всегда поражало. И вспоминает вещи, которые вообще помнить не должен. Например, уставился как-то в потолок и вспомнил партию, которую играл еще в детстве. За месяц он должен «перелопатить» 30 тысяч партий, чтобы не отстать. В его голове «откладывается» до тысячи партий в день. При этом он ведь еще занимается и всем остальным. Его память схватывает все моментально!